В гонке за забвеньем

В гонке за забвеньем

Растеряли все внутренние звенья,

Перешли реальные границы,

И от горя почернели лица.

 

Ценности размыты, сердце не прикрыто.

Теперь в отношеньях правит «Аэлита».

Вытрясли все мысли, честность разменяли,

Трезвыми родились, а потом поддали.

 

Из души великих бесов изгоняем,

Злостью;кислотою совесть растворяем.

Заменили радость, посерели чувства —

Жить по;человечьи — редкое искусство.

 

Тех, кто верит в сказку, почти не осталось.

Плачет беззащитность, нищенская старость.

Даже умереть нормально — права не осталось.

 

В стойлах сидят овцы, волки теперь правят,

Дураки вождя их по незнанью славят.

Слабые сдаются, в никуда уходят,

Ничего хорошего себе не находят.

 

Смерть вам не прогулка, суицид — не мода.

Радость или горе — сам тасуй колоду.

 

Головы — помойки, в них дерьмо сливают.

Треть страны бездельем себя убивают.

 

Те, кто уцелели в битве за надежду,

Уж не те, что прежде.

Давит на затылки смерти неизбежность.

 

К старости унылой нищета сдавила,

Век тянули жилы

В сырости да вони, в холоде да пыли.

Дырку от баранки да дырявый грош,

Блоху на цепи, да на аркане — вошь.

За их горб вручили...

 

Совесть в параллели, вера в летаргии,

Мысли — словно гири.

Люди помрачнели, никому не верят.

Одиночки мир за день не изменят.

 

Радость не живая, смысл давно отключён.

От неразберихи нас по полной глючит,

И от страха крючит.

 

Гноем полны речи, смерть с телеэкранов.

Дыры заткнуть нечем, люди — как бараны.

Говорить боятся, правду выжигают,

Выключив сознанье, пьют и умирают,

Так и ничего о себе не зная.

 

Все летят куда;то, хоть некуда спешить.

И машина — всмятку, и душа — в гармошку,

И судьба — в окрошку.

Даже в гроб, бывает, нечего сложить.

 

От пустых законов, от гнилой системы появились мыши.

Для отмазки ловят, кто тут самый рыжий?!

Местного разлива, общего масштаба.

И сквозь пальцы смотрят на всё это в штабе.

 

Как траву корова, деньги поглощают,

И им совесть, душу не отягощает.

Быстрое богатство сразу сна лишает,

Только бы дорваться — и не оторвёшь, и не прогонишь.

Сколько от таких грязи, срама, вони!

Не своим горбом — так нечего кичиться.

Им людская правда — словно в нос горчица.

 

И по всем приметам

Верить станешь в близкий конец света.

Никуда не деться.

Жизнь — набор из специй.

 

Мало кто здесь сможет это прожевать.

Кто всё съест и стерпит...

Большинство пытаются просто выживать.

 

Весело гуляет нынче в мире лихо,

Подгоняет к яме нас безумным криком.

В тупике сознанье, люди — как дрова,

И не множим сердцем добрые слова.

Мало кто суп жизни до конца доест.

Все лезут в депутаты — сладок этот крест.

 

Нынче жизнь такая — горек даже сахар,

Сводит нас невольно смерть, чёрная сваха.

В голове у каждого — собственная плаха.

 

Битва за наличность — весь мир на ушах.

Всё теперь — эрзац: хлеб и сигареты.

Власти нам мешают верить и дышать,

Ничего святого в них давно уж нету.

 

Все сны — на руках,

То инсульт, то рак.

Крик впечатан в лица,

Да душа «искрится».

Чем ещё гореть и о чём здесь петь?

Со всей дури люди ищут свою смерть.

 

Проржавела память, ложью не спасти

То, что предначертано, должен пронести.

Будь в своей реальности — и не будет худа.

Заразил нас Запад вирусами блуда.

 

Ангелы;хранители — нам умершие близкие.

Хоть мы их не видим, но они к нам близко.

Но не искушай судьбу, на рожон не лезь,

Если ищешь смерти —

То они не в силах что;то сделать здесь.

 

Словно тараканы, вылезли целители —

Хвори, порчи, глаза — вечные ценители.

Судя по одежде, сразу же прикинут,

На какую сумму раскрутить и кинуть.

Кто смертельно болен, время потеряет,

Их словам и взгляду слепо доверяя.

 

Мусорные песни, глупые слова.

Наплевать на вкусы — всё съест голова.

Словно через ксерокс — все тела и лица,

И как клоны — новые артисты.

И когда их видишь, тянет материться.

«Принимайте души;уши — всё для вас сгодится!»

 

Перешли реально здравые пределы

И ещё гнут пальцы разные засранцы.

Разучились, что ли, делать своё дело?!

 

В очередь за дрянью — на халяву падки.

И бутылки дни разбили, пьют остатки;сладки.

Все халяву любят — что ни дай, всё схватят.

Мужики — как бабы: не хватает платья.

Юные нимфетки думают, что бабки за безделье платят,

Но и там работать — до седьмого пота телом заставляют.

Тихо на запчасти души разбирают,

Дети — на продажу.

За убийство срок — сколько и за кражу.

А в эфире власти снова гонят лажу.

 

Стал санкционирован сверху этот бред.

Разорвали счастье — не зашить сто лет.

Рожи в иномарках, строй щитов рекламных.

Некому работать — много нынче главных.

 

Тяжело нам будет пережить всё это.

Вирус — как знаменье и болезнь планеты.

На вопросы жизни сам ищи ответы.

Твёрдость духа — это жить и верить,

И добром делиться, несмотря на беды,

Чтоб на всех хватило.

 

Сколько любви нужно каждому отмерить?

 

Не ломай то чистое, что в тебе открылось.

Будь живым и новым.

И души огонь выливай ты в слово.

Иди к своей цели, пока чуешь силу,

Пока твоё сердце не разбили с тыла.